Олигархи в законе. Почему Зеленский хочет их легализовать и как их можно обезвредить?

20 апреля 15:08

Олигархи в законе. Почему Зеленский хочет их легализовать и как их можно обезвредить?

20 апреля 15:08

Владелец монополистического капитала, который оказывает влияние на власть и является частью немногочисленной влиятельной группы. Подобные толкования понятию "олигарх" дают словари. В Украине может появится свое, на уровне законодательства. Президент Владимир Зеленский предложил СНБО, Антимонопольному комитету и Офису президента разработать закон о статусе олигарха.

Планы на него у гаранта обтекаемые. Законом он хочет превратить олигархов в бизнесменов (хотя отечественные и так имеют бизнесы, так что уже ими являются), прописать виды применимых к ним санкций и "что будет с такими людьми".

Nash.Live спросил у экспертов, нужен ли закон об олигархах в Украине, как их отодвинули от власти в других странах и можно ли принять адекватные законодательные нормы об олигархах в парламенте, где есть депутаты, которые представляют их интересы?

Алексей Кущ, экономист:

- Можно бесконечно долго смотреть на горящий огонь, текущую воду и законодательную глупость нынешней власти. Зачастую нынешняя власть, когда предпринимает какие-то шаги, рассчитывает их, исходя из прямого медийного эффекта. Но не продумывает их с точки зрения смыслов. Но мы попытаемся найти причинно-следственные связи.

Концептуальная ошибка в том, что, разрабатывая закон об олигархах, предполагают, что олигархи будут в Украине вечно. Если принимается закон об организованной преступности, мы понимаем, что преступность будет всегда. Вопрос в том, чтобы ее минимизировать и низвести до социально безопасного уровня. Принимая закон об олигархах, нам говорят, что это явление, которое будет существовать всегда. Музыка будет вечной, если заменить батарейку. А батарейку для олигархов каждая новая власть меняет.

Следующий момент: для борьбы с олигархами одного закона мало. Можно принять указ, что они засранцы, как Зеленский назвал дальнобойщиков. Что это изменит? Нужно принимать пакет документов и не обязательно называть их антиолигархическими. Они должны быть такими по сути и менять антимонопольную, налоговую, регулятивную систему.

Классический пример – как боролись с олигархами в Южной Корее. Там были чеболи – финансово-промышленные группы. Условно, компания Dаewoo могла строить мосты, выпускать автомобили, телефоны идти в банковский бизнес и т.д. То, что называется расширение по горизонтали. Почему оно происходит?

На Западе корпорация, например, BMW специализируется на узконаправленном выпуске продукции и не лезет в смежные отрасли. И она, как большая акула, обрастает рыбами-прилипалами – тысячами средних и малых фирм, которые производят товары и услуги. Это формирует почти идеальную рыночную среду: обеспечивается конкуренция и почти идеальное соотношение цены и качества.

Что происходит у нас и было в Южной Корее до 1998 г.? Олигархи расширяются по горизонтали в поисках добавленной стоимости как смола в щели, опухоль или нефтяная пленка на воде, под которой все живое погибает. Олигарх плавит руду, у него есть банк, страховая компания, аграрный бизнес, телекоммуникационный оператор, информационные ресурсы, вагоны. Он не дает заказы малому и среднему бизнесу в смежных отраслях, а уничтожает его.

Есть еще перекрестное субсидирование. На Западе есть четкое понимание: если одно подразделение бизнеса убыточно, прибыльное подразделение его не будет дотировать. Так получается естественная селекция. В наших олигархических структурах из-за амбиций олигархов дотируются убыточные бизнесы за счет прибыльных. В результате идет переток ресурсов из эффективных отраслей, что замедляет их развитие, в убыточные отрасли, что продлевает жизнь неэффектной структуры. В то время как на месте убыточной структуры могла быть рыночная, прибыльная.

Когда начался глобальный азиатский кризис в 1998 г., в Южной Корее испугались. У них ментальная память послевоенной нищеты. Там нашли в себе силы отодвинуть олигархов, чеболи от власти. Запретили чеболям развиваться по горизонтали. Можно строить только вертикально-интегрированную компанию. Например, добываешь нефть – производи бензин, руду – производи металл. Но если производишь металл, то не можешь находиться в энергетике и финансах. В Южной Корее заставили выбрать профильные бизнесы, а горизонтальные ответвления продать. Второй момент – запрет на перекрестное субсидирование. Такие же изменения нужны и в Украине, но сомневаюсь, что Зеленский в этом преуспеет.

Самое главное, если говорить о специальном, то нам нужен закон о кумовстве: выявление кумовских связей и запрет на занятие государственных должностей, если они есть с бизнесом. Есть индекс кумовского капитализма. В нем, в отличие от других индексов, мы всегда в топ-5. Туда входят Китай, Россия, Гонконг, Украина, Малайзия или Филиппины.

Андрей Еременко, основатель социологической компании Active Group:

- Очень важно понять, что такое олигарх, кто он? В нормальном законе в первом абзаце должно быть написано, что мы под олигархом понимаем вот это. И, исходя из формулировки, уже можем понять, например, Ринат Леонидович, Игорь Валерьевич, Петр Алексеевич олигархи или нет. А есть народ "попроще", например, Ярославский и Косюк. Они олигархи или нет? Вроде богатые люди, но до статуса первых не дотягивают. Открываем закон, читаем. Сейчас же мы кого хотим назвать олигархом, того так и называем.

У нас в стране есть некоторое количество людей и структур, которые имеют неоправданно высокое влияние на политику. Например, те же СКМ, ДТЭК и прочее, что связывают с Ринатом Леонидовичем. Это важные системообразующие предприятия, на которых работают десятки тысяч людей и целые города, которые с этого живут. С другой стороны, это медиа-холдинги, влияние на информацию, на умы, наличие депутатов – ориентируемых (не знаю, купленные или нет, они у нас все без коррупции). Более того, и по-честному ориентируемые. Если ты представляешь округ, где две трети избирателей зависят от предприятия определенной группы, ты не можешь не лоббировать его интересы.

Получается, что олигархи имеют огромное влияние. Есть и медиа-влияние, разное. У кого-то телеканалы, но есть и не такая прямая история. Если вы являетесь рекламодателем издания и обеспечиваете треть рекламных поступлений, то издание не может на вас не ориентироваться. Вопрос: вы в этом случае олигарх или нет?

Мы имеем какое-то количество людей, чье влияние неоправданно и неадекватно высоко при том, что это люди конкретные, с фамилиями. А у нас идет процесс евроинтеграции. Это, в том числе, прозрачные законы и правила. Но мы не можем быть в евроинтеграции, имея пусть даже небольшое количество людей, которые чуть равнее перед законом, если это еще и не кодифицировано.

В Европе люди простые: в законе написано, и они пытаются так жить. А как, если у нас есть группа людей с каким-то количеством специфической собственности и т.д., которая чуть равнее другие? Опять же, влияние на политические партии. С одной стороны, это нормально, когда некоторые общественные лоббистские группы добиваются принятия тех или иных законов. В конце концов, есть общественные организации, ассоциации, которые по вполне понятным процедурам и законно занимаются лоббизмом. Но история, когда кто-то один может прийти в парламент с чемоданом денег и обеспечить принятие любого закона непрозрачно и непублично по непонятной процедуре – это не совсем правильно.

У нас есть целый комплекс проблем, который связан не только со статусом олигархов. Попытка обозначит олигарха – один из способов попытаться этот клубок проблем распутать. Хотя начинать нужно с судебной реформы, но и с этой стороны тоже можно.

В Европе олигархов уже нет. Мы пытались вспомнить фамилии. Ну, когда-то был Берлускони – классический олигарх, но все закончилось не радужно. В Европе быть олигархом невыгодно и некомфортно, от этого статуса стремятся избавиться, поэтому их и нет.

Я не уверен, что нам нужен именно закон об олигархах. Хорошо работающего Антимонопольного комитета и прозрачных процедур вполне достаточно. Проблема какая: в парламенте законы принимают по непрозрачным процедурам, когда это происходит, мы не можем адекватно выбирать депутатов. И вот наличие прозрачной процедуры снимает проблему на 80-90%. Появление публичного лоббизма снимает проблему на значительный процент.

Тарас Загородний, управляющий партнер "Национальной антикризисной группы":

- Это имитация бурной деятельности. Законодательство уже давно принято. Оно называется антимонопольное. При адекватной работе Антимонопольного комитета никаких олигархов и их влияния вообще быть не может. Это работа государства. Олигархи прости приватизируют некоторые отрасли экономики и снимают монопольную ренту. При адекватном АМКУ все работает и без особых законов.

Зачем это делается? Учитывая заявления Зеленского, что кто-то покупает должности, это жирный намек только на одного человека – господина Порошенко. Я не видел, чтобы другие крупные бизнесмены стремились на государственные должности.

Почему бы за этот закон не проголосовать депутатам? С удовольствием. Все равно реальным олигархам от этого ни холодно, ни жарко. Это декларативный закон с интересом. Скорее всего, там будет норма о том, что олигархам запрещено баллотироваться. Снова жирный намек в сторону Петра Алексеевича. Его хотят назвать олигархом, чтобы выбить его из предвыборной гонки. Все украинские президенты после Кучмы хотят быть похожими на него и пойти на второй срок. Победить хотят на поляризации. Схема, которую хотят выбрать: вывести во второй тур условно пророссийского кандидата, и чтобы вся патриотически настроенная Украина голосовала за Зеленского. Но проблема в том, что есть Порошенко.

Если Вы обнаружили ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Подпишитесь на НАШ в социальных сетях

Комментарии

фото пользователя
Для комментирования материала или зарегистрируйтесь
+ Больше комментариев

Новости партнеров

Загрузка...
^