Драматургия войны и пространство для маневра: какие варианты кроме военного еще возможны для Украины?

Драматургия войны и пространство для маневра: какие варианты кроме военного еще возможны для Украины?
21 февраля 15:20

Драматургия войны и пространство для маневра: какие варианты кроме военного еще возможны для Украины?

21 февраля 15:20

За несколько недель ситуация в Украине переросла в то, что весь мир уже называет кризисом. Предостережения западных разведок о возможном нападении России раньше звучали раз в несколько недель, а сейчас уже чуть не ежедневно. За последнюю неделю ставки росли с пугающей частотой. Эвакуация жителей непризнанных республик и признание на уровне российской Думы их независимости – шаги России, которые подкрепляются скоплением войск возле украинских границ. Знаковая речь Владимира Зеленского на Мюнхенской конференции по безопасности с последним предложением о консультациях в рамках Будапештского меморандума – шаг Украины. Заявление президента США Джо Байдена о том, что Владимир Путин уже принял решение о нападении на Украину – шаг Запада.

20 февраля напряжение достигло высочайшего уровня, и умиротворять стороны взялся президент Франции Эмманюэль Макрон. Не без корыстных интересов – статус посредника может добавить ему очков в президентской гонке (выборы во Франции состоятся в апреле), но он должен быть результативным.

"Голубь мира" Макрон согласовывал проведение саммита по безопасности с участием Байдена и Путина. Звонил президентам он по собственной инициативе. И если в Белом доме согласие получил с оговоркой: если не будет нового вторжения в Украину, то в Кремле однозначное и официальное "да" не прозвучало. По итогам общения там сообщили, что: "президенты признали целесообразным активизировать поиск решений дипломатическими средствами по линии внешнеполитических ведомств и политсоветников лидеров стран – участниц "нормандского формата". То есть не на уровне глав государств.

Nash.Live спросил у экспертов, какое еще пространство для маневра перед лицом эскалации остается у Украины, Запада и России? И лежит ли путь к деэскалации только через Минские соглашения?

Андрей Золотарев, политолог:

- Пространство для маневра осталось. Увидим, что решит Совет безопасности России 21 февраля. Не исключено, что речь будет идти не о признании "Л/ДНР", а о разрешении на ввод войск и защите граждан РФ. И остается шанс на встречу Байдена и Путина при посредничестве Макрона.

Мне кажется, что не Украина является целью Владимира Путина, а геополитическое переформатирование, прежде всего, в Европе: европейская безопасность минус Соединенные Штаты. Не исключено, что такую сложную комбинацию разыгрывает российский президент. Украина в этом геополитическом покере является разменной монетой.

Первые и вторые Минские соглашения были подписаны после военных поражений Украины, по принципу "горе побежденному". Выполнить их – значит поставить крест на политической конструкции, которая установилась в 2014 г. после Майдана. У нас во власти кто угодно, но не люди с политически-суицидальными наклонностями. Они прекрасно понимают, что для них это приговор. Не только политический, но, для кое-кого, и уголовный. В этой ситуации Украина выполнить Минские соглашения не только не хочет, но и не может. Даже если говорить об изменениях в Конституцию об особом статусе, то нет у Зеленского 300 голосов. Даже в монобольшинстве нет единства по этому вопросу и существуют разные позиции.

В нынешней редакции понятно, что Минские соглашения превращают Украину в конфедерацию с Донбассом. И неизвестно, кто кого присоединяет: Украина ОРДЛО или Украину к ОРДЛО. Украина получает в своем составе территорию, которую политически и экономически будет контролировать Россия. Но даже при очень серьезном нажиме извне, со стороны Запада и России, должно произойти нечто, что обрушит весь существующий расклад и можно было говорить о выполнении "Минска".

То, что мы услышали в Мюнхене (речь Владимира Зеленского на Конференции по безопасности с заявление о невыполнении гарантий по Будапештскому меморандуму, - авт.) не найдет взаимности. Ну, хотя бы большое спасибо Зеленскому, что он впервые заявил, что король голый – то есть коллективный Запад. Нам теперь рассказывают, что нет никаких обязательств, но 25 лет назад говорили иные вещи. Но важно, что Зеленский попытался называть вещи своими именами.

Другое дело, будет ли "Минск-3" или что-то вокруг "Будапештского формата"… Но лучше бесконечные переговоры, чем скоротечная война. Пока еще саммит под вопросом. Байден дал свое согласие, а вот Россия не дала. Все будет зависеть от событий ближайших 48-72 часов. Они станут определяющими.

Руслан Бортник, директор Украинского института политики:

- Украина сегодня может вести диалог с Западом и Россией в отношении гибридной модели геополитического статуса Украины. Например, Украина могла бы отказаться от членства в НАТО, которое нам не предлагают, в обмен на гарантии членства в Евросоюзе. По финскому, по австрийскому сценарию, почему бы нет. Большинство украинцев хотят именно членства в ЕС. Верховенство права, высокие социальные стандарты – вот чего мы хотим.

Если Запад, Германия и Франция, в обмен на отказ Украины от членства в НАТО предложит модель интеграции в Европейский Союз, то и внутри Украины будет консенсус, и в Москве я не думаю, что будут против. Там будут использовать Украину как еще одну площадку для торговли с ЕС.

Другая модель – Украина должна предложить законопроекты по амнистии и выборам и по остальным вопросам для того, чтобы увести эту эскалацию и перевести диалог в политическую плоскость. Чтобы в рамках дискуссии об амнистии, переходном правосудии, судебной системе, правоохранительной системе определять будущее Донбасса.

Третья модель – Украина должна максимально снять напряжение на Донбассе путем снятия экономической блокады (у нас этот инструмент есть), а также путем горизонтального диалога. Я понимаю, что вести его с Пушилиным и сложно, и нецелесообразно. Пусть учителя, врачи, сотрудники сферы ЖКХ ведут этот диалог. Дайте его вести между собой бизнесу. Благодаря этому можно снизить социальное напряжение на Донбассе, перетянуть людей на свою сторону. Давайте введем процедуру упрощенного подтверждения украинского гражданства, максимальное количество электронных услуг для наших граждан на Донбассе. Изоляция привела к тому, что Россия паспортизировала там население и потом использует эти паспорта как точку опоры для военно-технических действий против Украины. Давайте поборемся за этих людей, сделаем систему лучше.

Четвертая модель предусматривает пересмотр нашей внешней политики, объявление нашей страны нейтральной с требованием и к России, и к Западу, к участникам Будапештского меморандума о новых гарантиях безопасности в форме международного договора. Так, как у Швейцарии после *Венского конгресса. Эта модель, которая тоже позволила бы в какой-то мере снять напряжение.

Есть много способов реакции, которые, с одной стороны, требуют смелости, понимания того, что многие радикальные группы будут не довольны. С другой стороны, они требуют дипломатического и политического профессионализма. Способности требовать уступок со стороны России и самим идти на компромисс.

Нейтральный, внеблоковый статус, думаю, Россию устраивает. Но мы понимаем, что внеблоковый статус – это возвращение части влияния России. Это возвращение к ситуации до 2014 г., когда Россия и Запад конкурировали, политически и экономически, на территории Украины. Им сложно найти контур этого баланса, точку равновесия. Это демилитаризация и гарантия экономического восстановления для Украины, а также тот или иной формат статуса Донбасса в Украине. Но ведь мы эту войну, к сожалению, проиграли. Все понимают, что вернуть Донбасс в статусе Винницкой области не удастся. Россия и те люди, которые живут на Донбассе, не согласятся в конечном итоге.

Есть большое пространство для маневра. При этом нужно понимать, что в его рамках могут заключаться и новые газовые контракты между Россией и Европой, и новая модель безопасности в мире, и договоренности между Россией и США по другим точкам мира: Венесуэла, Сирия, китайский вопрос. Ведь с точки зрения глобальной политики Украина – только одно из полей противостояния России и Запада.

Путь к деэскалации возможен не только через Минские соглашения, а также через получение нового геополитического статуса Украины, через договоренности между Россией и Западом. Путей много. Что такое Минские соглашения? Это рамочный документ, концепция текста, даже не текст. Они написаны очень широкими мазками, которые можно банально дописать. Превратить 13 пунктов в 13 томов, где через детализацию могут быть урегулированы все вопросы. Но, конечно, Совбез ООН тут должен сыграть свою роль, утвердив эти или иные соглашения.

Алексей Якубин, кандидат политических наук:

- У меня складывается впечатление, что работает своеобразная драматургия. Ситуация нагнетается, потом отпускается, чтобы дальше усилить нагнетание. Раньше были классические войны, а сейчас они перешли в медиа-характер, о них больше говорят и их больше показывают, что тоже вызывает панику у населения.

Повышение ставок будет идти до тех пор, пока сторонам это будет давать определенные дивиденды или пока не позволит выйти на определенное решение. То, что сейчас активно включились самопровозглашенные республики, нам говорит, что ключевая точка будет смещаться от войны России и всей Украины до локуса Донбасса. К этому все идет. Скорее всего, это будет влиять и на сопровождающие действия и сообщения. Общеевропейские вопросы безопасности будут с одной стороны. Мы это видим, когда Макрон говорит о совместном саммите Байдена и Путина, чтобы выработать общие принципы безопасности. С другой стороны, будет локализация в первую очередь вокруг Донбасса.

Что делать с мирным урегулированием? Этот вопрос будет подниматься все чаще. Уже звучат рефрены: или "Минск", или какой-то страшный сценарий.

Что может быть дальше? Уже есть растяжка: признает или не признает Россия независимость "Л/ДНР"? У Путина после решения Думы есть 30 дней, чтобы определиться. По сигналам из Кремля, скорее не признает. Россию, за исключением каких-то моментов, "Минск" устраивает.

Выступление Зеленского на Мюнхенской конференции – это была попытка сделать асимметрический шаг, которого даже западные лидеры от него не ожидали. Вместо того, чтобы просить, он решил перейти к требованиям и обороне. Украина требует гарантий безопасности. Нужны новые гарантии, работающие, декларативный документ, страховка.

Мне кажется, что этот документ и Минские соглашения будут параллельными. Украина требует дополнительных гарантий и идет игра, кого дальше можно будет обвинить в невыполнении "Минска". Нет официальной позиции о нашем выходе из Минских соглашений. В Киеве тоже понимают, что это единственный документ международного характера по Донбассу, который согласован Россией. Выйдя из него, мы оказываемся в полной неопределенности.

Если Вы обнаружили ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Подпишитесь на НАШ в социальных сетях

Комментарии

фото пользователя
Для комментирования материала или зарегистрируйтесь
+ Больше комментариев
^