Мочанов: Зеленському потрібно декілька місяців, щоб відчути, що він не Вован, а Володимир Олександрович

10 червня 15:46

Мочанов: Зеленському потрібно декілька місяців, щоб відчути, що він не Вован, а Володимир Олександрович

10 червня 15:46

Олексій Мочанов, український автогонщик, автомобільний і автоспортивний журналіст, телеведучий в гостях у телеканалу НАШ.Максі-ТВ у програмі "Час з Тиграном Мартиросяном".





- Добрый вечер.

- Здравствуйте. У вас новый формат «НАШ», еще не слышал.

- Да, новый старый формат. Алексей, поздравить журналистов с профессиональным праздником хочу. Вы журналистикой не занимались? Не приходилось?

- Скажу, что я занимался журналистикой намного раньше, чем можно было себе представить. И, по-моему, в 83-м году я публиковался еще в «Пионерской правде» тиражом 10 миллионов экземпляров, но это была, наверное, больше не журналистика, а, вот есть же у нас журналисты, а есть

- Публицисты, да? Колумнисты есть еще.

- Сейчас это модное слово – пиар – сопровождение или пиар – продвижение, «Пионерская правда» с безумным тиражом 10 миллионов экземпляров продвигала идеи коммунистической партии там в самые низы, в самые мелкие недоросли и заросли. Вот. Ну, и сейчас подавляющее большинство людей, к сожалению, у нас занимается не журналистикой. Поэтому всю страну я бы с этим праздником не поздравлял. Тех людей, которые считают себя журналистами. Тех, которые понимают, что такое стандарты журналистики. И тех людей, которые искренне хотят докопаться до сути событий. Знаешь, не первый год это, наверное, лет 15 последние дикая проблема, когда появились какие-то ток-шоу на разных каналах, тебя приглашают в качестве эксперта какой-то ситуации, психологической, да, не знаю, кто-то там кого-то учил - не доучил, человек там разбился или сбил кого-то насмерть. Что-то там не так произошло. И ты видишь, что экспертом пригласили вроде бы людей всех не бестолковых, да, но у ведущего есть выгодный обществу финал программы. И он делает все, чтобы до этого финала как бы подвести, не дает высказать свою точку зрения. В итоге получается черти что. Ты принимаешь участие в каком-то не смешном и не веселом кино. Вместо того, чтобы снимать невеселый украинский сериал, аналогичный «Чернобылю», который я вот досмотрел позавчера последние серии, у нас снимали черти что. И не звали американцев снять хороший сериал про события, которые у нас произошли 33 года тому назад, а мы помогали, вернее, не мы помогали, а наша студия «Радиоактив» помогала HBO снимать этот сериал. В итоге получилось очень здорово, но все равно, американский, сейчас он крайне обсуждаемый, я смотрю по сети, от Англии

- Я где-то прочел, что по состоянию на сейчас переплюнули даже «Игру престолов» и это наиболее популярный сериал.

- Во всяком случае, «Игра престолов» очень длинная, а «Чернобыль» 5 серий, но про то, что беспокоит всех. Это ж произошло у нас, да, но волны, этот камень, что у нас булькнул, а волны докатились там до Скандинавии, до Европы. И все понимают, что, в принципе, таких станций очень много работает. И журналисты наши, которые сейчас очень искренне друг друга поздравляют с днем профессии, к сожалению, ты много видел материалов, где привлечены эксперты? Не они сами, а они там берут какие-то интервью, собирают разные мнения по поводу людей, которые обслуживали. Слушай, 3 человека, которых представили в сериале, как вроде бы там, не знаю, нырнули под воду и погибли, да. Двое из них до сих пор живы. Им Порошенко в каком-то 15-м или 17-м году, в 16-м году на 30 лет дал, извините меня, ради Бога, всего лишь Орден за мужество ІІІ степени. Это Орден, которым в Украине награждено больше 800 тысяч человек.

- И в честь одного из них, если не ошибаюсь, только сейчас, после появления сериала, решили в Киеве назвать одну из улиц.

- Один из них, к сожалению, уже не с нами. Но люди прожили столько лет. И только, когда американцы эту историю раструсили чуть-чуть там себе или додумали, или не допоняли. Ну, журналистики в нашей стране, к огромному сожалению, я уверен нет. Был такой замечательный наш профессиональный анекдот, когда Наполеон сидит и листает газету «Правда». Маршал Мюрат заглядывает через плечо и читает, значит, эти передовицы, статейки и говорит – Бонапарт, если бы у нашей армии был такой боевой дух, как у русских, мы бы никогда не проиграли при Ватерлоо. Тот молча перевернул страничку, и маршал через плечо говорит – Бонапарт, если бы наш тыл так работал на фронт, как у русских, мы бы никогда не проиграли при Ватерлоо. Тот молча перелистнул последнюю. Маршал – Бонапарт, если бы наши солдаты были так физически готовы, как спортсмены у русских, мы бы никогда не проиграли при Ватерлоо. Бонапарт скомкивает газету, кидает в угол, поворачивается, говорит – Мюрат, если бы у меня были такие газеты, как у русских, никто бы в мире никогда не узнал, что мы проиграли при Ватерлоо.

Ну, ситуация, к сожалению, сейчас очень много врут. И вот Дензел Вашингтон, которого журналисты ошибочно или намеренно обвинили в том, что он из лагеря Хиллари Клинтон перешел в поддержку Трампа, и подловили его на одной из красных дорожек, он им сказал, за минуту рассказал, что такое журналистика, по каким стандартам надо жить. И абсолютно с ним согласен, что в первую очередь сейчас задача не донести правду, а высказаться первым. Без разницы, что ты сказал, проверена эта информация или нет. У меня была одна из историй, когда на одном из интервью, закинутую мне вовремя людьми информацию про празднование первого миллиарда Яценюком. Так забросили вовремя, зная и взаимоотношения, и понимая, что я на очень многое смотрел не только скептически, но и категорически отрицательно, я все озвучил, и потом понял, что я нарушил главные стандарты, не проверил это все еще в двух не зависящих друг от друга источниках. И в итоге, я не сдаю людей, которые мне вот это все подсунули. Они живы, они со мной здороваются. Они делают вид, что ничего не произошло. Я сам выполаскиваюсь в дерьме, которое сам наляпал, к огромному сожалению. Но журналисты должны помнить про стандарт, про три независимых источника, про то, что не каждый дурачок со смартфоном и зарегистрированным за 2 минуты в Ютубе каналом, это журналист. Что блогер это обзывательство, потому что журналист это серьезнейшая профессия, требующая знаний, требующая базиса, требующая основательного отношения к делу. Поэтому тех людей, которые себя воспринимают журналистами и соответствуют этому званию, я искренне поздравляю и надеюсь, что журналистика. Егор Черняк буквально сегодня, поздравляя журналистов, написал, как его прессовали при Януковиче, семья все отбирала. Он публичную вел жизнь там, понимая, что только человек, который ничего не боится, может вызвать у них там хоть какое-то непонимание или страх. И какой-то из журналистов, которого он там не называет, я знаю, что зовут его Саша и больше ничего, жил на окраине Киева, и увидел Черняка, предложил ему при Януковиче, значит, заехать в его квартиру, пожить с семьей. Если надо, он там никому тебя не сдаст т. д. и т. д. И вот он там отказался, перенес эту историю. И сейчас благодарит его как журналиста. Но я, искренне комментируя эту ситуацию, сказал – Женя, важно в этой ситуации, он поступил как человек. Журналист бы взял, условно говоря, интервью у тебя, раскопал бы кучу информаций, по которой там кончают тебя, твоих топ - менеджеров, пытаются отобрать у тебя лицензию. Поднял бы общественный шум, резонанс, и оказалось бы, что в стране есть и гражданское общество, и журналистика. На сегодняшний день, ты же видишь, 300 гривен кончилось, мы уже ни за что не буксуем, мы уже ни за что не размахиваем руками. Мы уже ни за что, пока кто-то не принесет еще 300 гривен. Это не гражданское общество, это попытка забрать свои деньги, которые не добил гречкой. Вот и все.

- Увы, вынужден отчасти это констатировать. Но при этом есть отдельные островки, мне кажется. Я не только о себе говорю. Все те площадки, в рамках которых есть возможности всем высказаться. И не только первым, но и вторым, и третьим. И вот за эти островки нужно держаться.

- Тигран Заменович, Вы, конечно, серьезный представитель профессии. Я Вас помню еще в шортах на утренних эфирах на другом канале. Вам это а) интересно; б) Вы действительно представляете площадку для самых разных людей и даете высказаться всем. Проблема вся в том, что куда-то делись спикеры, которых слушать интересно. И может, это одна из причин, почему иногда приглашают меня. Ну, потому что есть ряд людей, которым еще больше здесь делать нечего, чем мне. Я скажу, мой как бы последний репортаж на журналистике, это была война в 2014-м, 15-м, 16-м году. Потому что я очень много ездил на передовую, общался с людьми. Забирался в такие места, где не все участники боевых действий были. И приезжая сюда, выступая у Шустера, заполняя какой-то свой блог, где там в месяц по 10 – 15 тысяч человек прибавлялось подписчиков, я делился тем, что я вижу. Параллельно говорил о том, что я думаю. Знаменитая книжка про начальника разведки Ковпака Петра Вершигоры, всем советую почитать «Люди с чистой совестью». Там есть два издания – 53-й год, где все поправили и выпятили руководящую и направляющую роль партии, и 46-го года издание. Оно есть в интернете, доступно, «Люди с чистой совестью», но 1946 или 7, не помню. Начальник разведки Ковпака, который начал войну музыкантом, а закончил генералом и героем Советского Союза. Ну, прямо разложил как по нотам всю свою работу. У него было разведдонесение – лист поделен на 3 части. Левая часть называлась – видел. Средняя часть называлась – думаю. Правая часть называлась – люди говорят. То есть, человек, который получал это разведдонесение, он видел просто фактаж, оценочное суждение руководителя группы и некие слухи. Если там из трех как бы групп слухи совпадали, тогда отправлялась новая группа, потому что скорей всего, там нет дыма без огня. Так вот, по этому принципу должны жить практически все. Я, когда занимался этим в 14-м, 15-м, 16-м году, я не гнался за аудиторией. Я не пытался сказать первым. Очень боялся навредить, как врач. Потому что ляпнешь, ты же видишь вот столько там, потому что ты там на самой передовой, но ты видишь справа, слева там за километр. А есть какие-то большие задумки, какие-то большие группы людей пытаются там реализовать какие-то серьезные идеи. И когда ты понимаешь, что время пришло, чувствуешь, ты это выкладываешь. Иногда получаешь за это по башке. Иногда тебе говорят спасибо. Иногда тебя догоняет через 3 года какая-то, не знаю, ведомственная награда, что тоже приятно. Но сейчас самое главное журналисту это спасибо от людей, которые говорят – вот, вы один из тех, кого я читаю или слушаю, чтобы понять картину. Не надо смотреть на картину только то, что сказал том только что вышедший отсюда Семенченко, только он. Или только там какой-нибудь другой человек. Или то, что сказал Дима Гордон на какой-нибудь программе у Скобеевой. Выберите себе 3 – 4 источника, внутри которых вы можете понимать и события, и оценки с разных сторон. И пусть будет у вас своя общая точка зрения, а не такая, как насмотрелся Ганапольского, ты видишь, что он сейчас учудил? Можно мне воды, а, можно воды? Женщина плачет в эфире, говорит – та не хочу води! А причем тут вы? Я хочу воды. Вот это журналистика за большие деньги в месяц, понимаешь.

- А не о конкретике. Мы много встречались, об изменениях хочу поговорить в нашей стране. Мы много встречались в рамках избирательной компании президентской в этой студии неоднократно, обсуждали выборы. И много говорили о том, что же будет дальше. Вот сейчас две недели прошло. Да, две недели после инаугурации, даже чуть больше.

- Наверное, больше.

- Восемнадцатый день сегодня, да, мне подсказывают. После того, как ушел Порошенко и пришел Зеленский на главную должность в стране, как оцениваешь ситуацию вокруг нас? Что происходит в Украине?

- Тигран, я скажу тебе так. Я, с одной стороны, противник там 100 дней, потому что не понимаю, в чем отличие 90 дней от 110. Но мне кажется, что пару месяцев надо этой команде дать, чтобы Владимир Александрович почувствовал, что он не Вован, а Владимир Александрович. И что он не на выступлении 95-го квартала, где они с лысым смешно коверкают какой-то закарпатский диалект, потому что он иногда на это срывается. Просто, это профессиональная привычка. Мужик, который привык читать на унитазе, пришел в библиотеку, взял книжку и случилось непоправимое. Про деформацию. Я думаю, что немного времени пройдет, Владимир очень быстро учится. Я обратил внимание, для меня очень сильно цепанула одна история, совершенно не продуманная процедура инаугурации, когда человек с трибуны Верховной Рады говорит, что надо уволить тех, тех, всех. Через минуту он выходит и вынужден по протоколу пожать руки там министру обороны, министру внутренних дел, начальнику Генерального штаба, которого он тут же снимает своим первым указом, командующим разных видов войск. Если бы они друг от друга не бегали, сначала друг за другом, потом друг от друга, а в течение какого-то такого согласительного периода, да, как в Америке. Когда есть Президент элект и Президент. Они две Администрации друг с другом, собственно, как-то коммуницируют, чтобы безболезненно передать власть от одних к другим. Если б они обозначили людей, которых они видят на этих позициях. И под каким-то там, пусть не в статусе Генерального штаба, но вышел генерал Хомчак, и сказал, что представляет вооруженные силы там генерал-лейтенант Хомчак. Если там кого-то еще поменяли, вышли люди. Потому что понятно, например, что, ну, в моем понимании, мне так кажется, что Игорь Лунев просто как бы, не отдал честь, не демонстрируя отношение, потому что он стоял там в одношереножном строю. А Василий Васильевич Грицак, они слишком большим количеством обменялись друг с другом, ну, черти чего. Он не сделал этого абсолютно принципиально. И ты слышал там свист и все на свете. Когда со старта начинается вот эта некрасивость и непродуманность, нет ощущения, что эта продуманность и красивость появится в будущем. Сейчас, с одной стороны, меня некоторые назначения удивляют и шокируют. Это далеко не Богдан на АП. С другой стороны, это, знаешь, я вспоминаю.

- Ну, какие? Вот какие шокируют?

- Я не знаю, там «Купол» на должность начальника Госохраны. Алексей офицер, уважаемый мной, я кривого слова ему ни тогда, ни сейчас не сказал бы и не скажу по поводу ситуации с Мотороллой в аэропорту, но его компетенция совершенно другая работа. Ну, его компетенция, он окончил Одесский институт сухопутных войск, десантный факультет. Потом ушел в сухопутку, был там, по-моему, в 93-й бригаде, был на войне. Достойный человек. Мы видели все фотографии Богдана и «Купола», ну, он при передаче какой-то волонтерской помощи, судя по всему, автомобилей. Но если вам нужен по большевистским меркам, условно говоря, как Фурманов при Чапаеве, да, комиссар, да, там. Смотрящий от политической силы, которая хочет взять под контроль определенную отрасль экономики, или там воинское подразделение, назначьте его замом. И дайте ему возможность вырасти за полгода – год до человека, который разобрался в новой для себя поляне. И может быть, потом он станет великолепным руководителем. Потому что УГО, несмотря на то, что там долгое время был милиционер Гелетей, это все-таки выше 9-го Управления КГБ. Это ТОП спецслужба внутри всех спецслужб. Там есть еще ТОПее, это Служба безопасности Президента, это по сути мини СБУ внутри вот этого управления Госохраны. Меня назначение Алексея немножко удивило. С другой стороны, я еще раз говорю, я вспоминаю, когда подполковника Марченко назначили на вот этот вот Центр по контролю за качеством одежки и питания, там, не помню, как он правильно называется. Все говорили – Дима не справится, его там в Киеве съедят большие генералы. Да кто он, да там вообще, там вошь окопная и т. д. и т. д. Дмитрий Марченко сейчас генерал – майор. Дмитрий Марченко реально там сумел двинуть в войска и правильную обувь, и правильную одежду, и правильные сухпайки. Наладить систему питания по каталогу и т. д. и т. д. Возможно, мы сейчас все время выбираем. Помнишь, когда-то рассказывал Кравчук или Литвин, вот, кто-то из них двоих. Я помню, что седой, и помню, что был Головой Верховной Рады, анекдот по поводу того, что такое номенклатура. Говорит – вот вареники, видишь, внизу в масле катаются, да, а сверху такие уже ветром прибитые, вот я, говорит, беру, вот так вот встряхиваю, видишь, они местами поменялись, а часть выпала. Вот понимаешь, что такое номенклатура? Ну, говорит, это те, которые стали эти, в смысле, в масле? Он говорит – нет, это те, которые из миски не выпали. Вот мы сейчас все время все равно пытаемся из этой не существующей либо очень короткой скамейки запасных выбрать людей – давайте назначим вот этого, вот этого, вот этого, все пытаемся сделать это в общем, как бы общим решением, общим голосованием. А команде Зеленского за эту страну отвечать. Поэтому они вправе сейчас назначать тех, кого они считают нужным.

- Я бы даже сказал, самому Зеленскому. Потому что сегодня, когда мы говорим – команда Зеленского, я уверен, что большая часть страны не назовет трех имен членов команды. Все ассоциируют происходящее с действующим Президентом.

- Я вам скажу просто, в моем понимании, да, Зеленский был человеком до инаугурации. В момент инаугурации он может сдать паспорт, и вот это вот удостоверение Президента страны да он - мистер президент. Практически, это панибратское отношение Президент Обама, Президент Трамп, Президент Клинтон, которое существует в американских средствах массовой информации, оно не культивируется среди госслужащих, потому что для них Президент это стул. И подарки дарятся стулу, и претензии как бы к должности. То есть, Зеленским Володей он опять станет, когда там закончится первый срок, вот он и обещал, что второго не будет. Может, аппетит приходит во время еды, может, еще и появится. Но я, например, не сомневаюсь ни одной секунды, что сейчас претензии надо предъявлять Зеленскому и команде, потому что Секретариат Президента, я очень надеюсь, что они Администрацию все таки переименуют опять вот в этот офис, который изучает скрепки и бумажки, это команда людей, которая обеспечивает его информацией своевременной, не заангажированной, не перетасованной как надо. В своей жизни, вы же знаете и помните, я возил министра мясомолочной промышленности УССР, после армии, Анатолия Антоновича Сенникова. Я всегда знал, что водитель и секретарь иногда важнее, чем первый зам. Потому что через тебя узнают настроение шефа, можно ему что-то там по дороге из дому сказать, напомнить и т. д. и т. д. И кто имеет доступ к телу, тот имеет доступ ко всему. И вот как сейчас вот это все, как Владимира Александровича оградят от ненужной ему информации, чтобы он не делал удивленное лицо, как у себя во время 95-го квартала, и говорил – я не знал, не может такого быть. Для этого как раз, мне кажется, существует некий набор советников, а не советчиков, которые раз в определенное время собираются или там в каком-то удаленном режиме, но говорят человеку не то, что он хотел бы услышать, да, а реальные вещи, с которых он собирает какую-то картину, принимает решения с учетом того, что он знает. Вот это, вот это и вот это. И тому, кто приносит злые и грустные вести, язык не отрезают, потому что ты не царь. Неверные наблюдения приводят к неверным выводам. Неверные выводы приводят к катастрофическим результатам.

- Тут ошибок экс-президента, наверное, хочется не допустить. Мы о кадрах заговорили и об инаугурации. Вспомнили, обещал Зеленский тогда не только Раду распустить, но и говорил об отставках Главы СБУ, Министра обороны, Министра иностранных дел. Сегодня парламент не поддержал эти отставки, по факту они не состоялись. Верховная Рада за это не проголосовала. В принципе, прогнозируемо.

- Абсолютно.

- Прогнозируемо, но все же получается, что до следующих парламентских выборов, непонятно даже сегодня однозначно, когда они состоятся, в средине лета или осенью.

- Еще непонятно, да?

- Есть вопросы сегодня. Есть вопросы.

- Я постарался от этой истории отключиться, потому что мне не интересно, сколько времени до выборов. Мне интересно, кто идет, какие люди, какие программы, какие биографии, какие принципы, да. Помнишь, когда Байден выступал перед парламентом, он все время говорил про каких-то не очень хороших людей, про то, что с ними надо бороться. Не очень хорошие люди встали, аплодировали ему стоя. А когда он уехал, они поржали и остались там в парламенте, в этих министерских креслах и т. д. и т. п. Зеленский начал свою инаугурационную речь, по сути дела, да, там, первые часы с конфликта с парламентом. В парламенте у него вообще никого нет, может, есть какие-то симпатики. Хотя, честно говоря, две трети этого парламента ходили на Квартал и ржали, и считали за честь получить туда «квиточок якийсь там, контрамарочку». Поэтому я там юридически не знаю, как Грицака, Луценка, как можно снять, как нельзя снять. Я знаю, что невозможно работать в атмосфере, когда тебе не доверяет руководитель. Особенно, когда речь идет о силовой вертикали. Это не то же самое, что Министерство инфраструктуры, или Министерство молоди и спорта. Все-таки силовики, в отличие от слабовиков, это очень серьезная история. Поэтому мне кажется, что здесь надо было бы пойти навстречу и Президенту, и стране, а не сводить личные счеты, поскольку там большинство от ПП, с Зеленским, а дать поработать новой команде.

- Поэтому не проголосовали, потому что сводили счеты? Я сегодня слышал аргумент, что мы не будем голосовать за отставку руководителей правоохранительных органов, пока не услышим, кого Президент предлагает на эти должности, потому что страна воюет, потому что мы не можем допустить вакуума власти. Ну, аргументация среди прочего.

- Аргументация про то, что страна воюет, и Путин нападет, она настолько уже набила оскомину, но все еще не напал. И сейчас нам перед выборами опять нагрузят через определенные средства массовой информации.

- Например, Министр здравоохранения может быть на протяжении двух с лишним лет и. о., и это никого не беспокоит, да. Или ряд других ТОП чиновников. А сейчас именно большинство в парламенте запереживали.

- Какой-то умный человек когда-то сказал, что меня интересует только будущее, потому что в будущем я проведу весь остаток своей жизни. И через секунду наступит будущее, и через час, и через месяц, и через 20 лет. Я вот задавался вопросом среди своей аудитории, да, там, кто как видит Украину? Как страну, которую мы получили от наших предков, или как страну, которую мы оставим нашим детям? Вот что нас интересует на Донбассе? Мы хотим вернуть территории или людей? Этим вопросом я задавался с 14-го года. Мы с Володей Полычаненым очень много это обсуждали, потому что территории без людей это геноцид. Люди без территории вроде много сюда наехали, поубегали, а мы их называем понаехавшими, и особо к ним пиетета не испытываем. Ну, куча всего. Хотя, кстати, я тебе скажу, мало того, что донецкие и луганские между собой всю жизнь были, ну, не очень дружны, как все соседи. Ну, что, у соседей всегда есть друг к другу некие маленькие территориальные претензии. Все страны в мире ненавидят соседей и Америку, и только Мексика и Канада ненавидят только Америку. Им повезло, потому что это их соседи, в том числе. И я вот тебе скажу, что сколько я там срочную службу служил в армии, у нас были ребята там из Горловки и Енакиево, и со Львовщины, там откуда только не были. А донецкие со львовскими, если ты знаешь, всю жизнь жили очень неплохо. Знаешь, почему? У них не было друг к другу вообще никаких взаимных претензий. Вот так что-то друг другу ляпнуть, поиздеваться говорком там гекают, но это никогда не было конфликтом. Там всегда, как бы показательным конфликтом вот этих вот территорий, да, стежечки вот этой, является жесточайшая пограничная и таможенная служба между так называемой ЛНР и ДНР, которая, по-моему, значительно более круче себя ведет, чем аналогичные службы между вот Украиной и временно оккупированными территориями. Поэтому, не знаю, я бы на месте парламента дал возможность Зеленскому работать. Невозможно быть начальником, тем более Грицак, что там, я вот клянусь, глядя тебе в глаза, говорю, я считаю, что Порошенко Грицака подставил вот этим награждением Героя Украины за две недели до своего, как бы, ну отлета. Тот же Грицак заработал звание Героя Украины, и генерал Муженко заработал звание Героя Украины как два человека, которые в кителях, при вот этих пиджаках, которые навязали им политические задачи, да, все таки как-то вот это пытались и электоральные предпочтения общества учесть, да, и все таки какие-то решать военные задачи. Поэтому за организованное 6-е управление в Краматорске, за работу в Центре специальных операций А и его обеспечение, обучение людей, за большое количество вещей Грицак заслуживал звание Героя Украины в 16-м году. Тигран Заменович, поверьте мне, пожалуйста, что, вот я не знаю, Василий Сергеевич смалодушничал, да. Насколько я слышал, Муженко никто не предложил героя, а сказали, что надо, чтоб какие-то общественные организации написали, ну, и тогда, может быть, ему дадут героя вместе с Грицаком. В итоге Виктор Николаевич отказался, а Василий Сергеевич не нашел в себе сил. Потому что он честно пахал, воевал, ездил. Знаю, некоторые обеспечивали его работу в зоне антитеррористической операции. Здесь у него в это же время тяжело болела, и практически, в одной больнице, в одно время со мной умерла мама. Ну, все было не так просто, как, людям же сказали – два «Беркута» из табельного оружия застрелили ребенка в Переяславе. Кто там, оказалось, что и не «Беркутами» они никогда не были, и оружие не табельное. И то, и третье, десятое, и все это по принципу – скажите, а правда, что там, не знаю, Мартиросян выиграл в лотерею миллион долларов? Правда, только не Мартиросян, а Аганесян, и не выиграл, а проиграл, и не в лотерею, а в карты, и не миллион долларов, а 4 гривны. А так, в принципе, ну, вся информация абсолютно точно совпадает. Вот я просто скажу, сейчас Грицак, будучи генералом армии, Героем Украины, человек, который написал рапорт с просьбой отстранить его, не пожавши руку Президенту во время представления после инаугурации, я просто не представляю, как он может руководить Службой безопасности. Тем более, что, насколько я понимаю, зеленая команда собирается ее крепко реформировать, там, отказаться от каких-то функций. Наверное, будет очень здорово, если от силовиков большинства, от прокуратуры, от СБУ, уйдут вот эти экономические все истории. И у нас появится какая-то возможность расследовать экономические преступления. Как он может реформировать то, что он сам строил?

- Кстати, в случае с Грицаком, как он может писать заявление, в отличие, например, от Генерального прокурора, и Грицак, и Полторак, и Климкин, написали заявления и попросили фактически отстранить себя от выполнения обязанностей, но парламент не отправил. Ну, будут работать. Я хочу, чтоб мы проговорили еще то, что сегодня очень злободневно и актуально. Вот, состоялось вчера первое заседание трехсторонней контактной группы при новом Президенте Украины. Да, Леонид Данилович вновь возглавляет нашу группу в ТКГ. И обсуждается сейчас широко предложение, которое, по вчерашней информации, Мартин Сайдик сказал, представитель ОБСЕ, что это Кучма предложил поднять вопрос снятия экономической блокады с временно оккупированных территорий Донецкой и Луганской областей. Сегодня стало известно, что это было предложение представителей непризнанных республик и России, но суть не в этом, кто-то предложил. И сейчас обсуждается.

- Кто-то предложил, и посмотрел реакцию в Украине на это все, поняли, что Кучму сейчас закидают, и решили сказать – а нет первоисточника.

- Может быть, и так. Сам предмет сейчас обсуждается. Алексей Юрьевич, стоит снимать экономическую блокаду? И можно ли это трактовать как первый шаг к миру и урегулированию ситуации?

- Тигран Заменович, я вам скажу очень просто, вопрос, мне кажется, что в трехсторонней минской группе первый вопрос, и самый важный и результативный, это обмен пленных всех на всех.

- Этот вопрос тоже поднят.

- В 15-м году я столкнулся с этим вопросом на 4 месяца, так что мне это поменяло на всю жизнь мою дальнейшую жизнь. Да, вот с 30 июля 15-го года по 30 ноября 15-го года, это был ад. Я был на той стороне 4 раза. Я был в СБУ бывшем Донецком управлении СБУ, где находятся пленные. Я не знаю, сколько их там, я думаю, что около 30 человек на тот момент было, потому что никто не знает, сколько их там точно. Так вот я могу сказать, что любой шум может этой ситуации навредить. Возвращаясь к журналистике, да, я скажу, огромная проблема нашей власти везде, в трехсторонней группе, у Президента Порошенко, у Президента Зеленского, у всех, да, там, у Луценко, которого я на дух не переношу, но я сейчас говорю про стул, а не про сына секретаря райкома партии, да, это отсутствие нормальной информационной политики и, так называемой, паблик рилейшнз, да, вот то словосочетание пиар, которое в нашей стране почему-то получило совершенно отрицательный такой оттенок, хотя, на самом деле, пиар это то, как ты соотносишься с окружающей средой, да. Как и эргономика в автомобиле она есть всегда какая-то, просто удобная, неудобная, плохая, да, там некомфортно. Так вот, мне кажется, что Кучме надо было, без разницы, кто там будет назначен, вот с кем разговаривать, с тем надо было и назначаться. Но мне кажется, что первое, что должен был сделать Кучма еще перед тем, как его назначили, представить человека, который будет, вот дурное сравнение, но всем понятно, да, будет таким Песковым при Путине. Человеком, который а) вхож, потому что у нас все пресс-секретари там, где работаешь? В правительстве. Кем? Яйцами. В смысле? Ну, при делах, но не вхож. Они не могут попасть неделю к шефу, хотя они должны там быть 3 раза в день, и спокойно себе общаться, разговаривать, вырабатывать какую-то общую информационную политику туда наружу, за дверь. Если надо, дезинформировать, потому что это приведет к какому-то определенному результату. Нет человека, который расскажет, как работает контактная группа, в тех рамках, в которых нам достаточно знать, и которые не помешают общему делу. Потому что все равно в обществе, ты знаешь, да, там три дня любая новость хоть про актера Панина, хоть про Олега Ляшко, она – раз, все, нет! Потому что через максимум 3 дня, если ты на нее не отвечаешь, люди уже обсуждают совершенно другое. Тебя забудут, не вспомнят. Ну, 5, ну, 7, если ты в таком верху, что ты там в ТОПе при ТОПе, 3 дня максимум. Тебе на четвертый день приди и расскажи. Ну, вот, события в Переяславе сейчас будут гудеть неделю, потому что все еще горит, палится там и т. д. и т. д. Но какие-то ДТП, где, не знаю, 20 пострадавших где-то, 2 маршрутки где-то между Каменец-Подольским и Хмельницким столкнулись, на второй день кто-то вспоминает, сколько там было людей? Я уже молчу про фамилии, про что-то еще. Мне кажется, что задача сейчас любых людей в группе это не пиариться, как Ирина Геращенко, которая считала, что вот она рупор этой группы, и все время что-то говорила. И вряд ли кто-то что-то понимал, кроме самой Ирины Геращенко.

- Ну, более того, понимающие люди говорили, что сказанные ею слова, порой больше вредили, нежели помогали.

- Я искренне надеялся, потому что я прекрасно понимаю, что иногда надо не информировать, а дезинформировать. Иногда надо ляпнуть, и, пока все смотрят на дурочку, в это время проходит история.

- А иногда и просто помолчать.

- Когда группа работает, условно говоря, 3 месяца, и от нее никакой информации, значит, она погибла. Обществу надо все время что-то говорить. Просто раньше это было там, в ставке Верховного главнокомандующего доклад, и народу Левитан через рупор, ну, что-то там говорил, какие-то вещи, которые не всегда соответствовали действительности. Но они там поднимали боевой дух, не роняли боевой дух ниже плинтуса и т. д., и т. д., и т. д. У Кучмы сейчас самая большая проблема. Ему надо найти человека, который будет вхож, и который будет помогать формировать общественное мнение относительно работы группы. Я где-то, кстати, читал очень хорошее предложение, по-моему, даже у того же Палачанина, что туда надо было отправить Ахметова и Новинского. Ну, вот с ними и поговорить есть о чем, и интересы по обе стороны линии разграничения, и чего там только нет. Ну, мне кажется, что Кучма сейчас, пока вообще не закрыты эти все вопросы по Гонгадзе и всему остальному, то сегодня фамилия эта не очень должна звучать в эфире. Ну, не закрыт вопрос, все. Вот у Авакова с рюкзаками закрыт, хотя опять-таки, да, никто не смог донести до населения, что последняя инстанция сказала, что там ничего не было, все в порядке. И, видимо, Арсен Борисович это и делал специально для того, чтобы всегда можно было, когда надоели, достать, показать и попросить больше к этой теме не возвращаться. А Кучма сейчас будет что-то делать, что-то работать. Он классный директор. Он будет работать так, как он умеет. По-другому в его возрасте люди уже не в состоянии.

- Ему доверили сейчас эту работу, значит, будет ее выполнять. Не знаю, почему доверили? Потому что других подходящих кадров нет. Потому что Леонид Данилович опытный. Потому что его слушают. В Москве приняли его персону, и лестно отозвались о Президенте Украины.

- Нам же интересно знать, как скажут о работе этой персоны не в Москве, а в Киеве, вернут ли нам наших людей.

- Это самое главное.

- Кого посчитают политическим, а кого нет. Что будет в Крыму с татарами, да, которым инкриминируют вроде не политические статьи, но, возможно, это для выстрела. У нас никто не научился организовывать информационное пространство. Вот смотри, Зеленский едет по трагической причине во Львов, да. На заправке там они берут шаурму вместо того, чтобы. Вот до этого момента вроде бы все в порядке, да, Президент на заправке, как все, взял шаурмы, перекусил и собирается ехать куда-то дальше. Разве проблема сфотографировать это со стороны, чтоб они не улыбались на селфи, да, а общались, и кто-то бы якобы случайно, сказал – Президент страны по дороге во Львов остановился на заправке, съел, как все, шаурмы. Они были явно озабочены, но ели не в ресторане, а вместе со всеми, и куда-то уехали. Все, куча позитива. Но здесь пока еще не наигрались в эту вот предвыборную историю. У Кучмы такого нет, но у него вообще ничего нет. Я не знаю, что будет.

- А Порошенко говорит – «Вимагаю від Президента Зеленського дати публічну відповідь, на якій підставі він дав такі директиви делегації України. Реалізація російського сценарію на Донбасі це зрада національних інтересів нашої держави і пам’яті про тисячі українських патріотів, які загинули за свободу, суверенітет та територіальну цілісність України». Это Президент Порошенко, ну, экс-президент. Юрій Луценко – «Така торгівля буде криміналом, що підпадає під статтю 258-му Кримінального кодексу про фінансування тероризму». Вот так отзываются сегодня конкретно эти отдельно взятые политики.

- Ну, Луценко кум Порошенко. Понятно, что Петр Алексеевич попросит, то Луценко пока еще и скажет. Он ему обязан всем, включая эту должность, должность для супруги в парламенте. Петр Алексеевич, когда говорит про то, как мы будем смотреть людям в глаза и память о погибших, я хочу сказать, что дочка погибшего в 2014-м году под Славянском командира первого десантного батальона 95-й бригады Тараса Михайловича Сенюка, получает за папу Героя Украины посмертно 230 гривен в месяц. Когда вы собираетесь думать про то, как вы собираетесь смотреть в глаза, пойдите и посмотрите в глаза дочке и жене – вдове Тараса Сенюка, например. Меньше 10 долларов за то, что отец геройски погиб в бою под Славянском, между Славянском, Семеновкой и Степановкой. Поэтому, когда мы сейчас говорим о каких-то несуществующих, вернее, существующих, но не одухотворенных, да, не названных людях, и говорим, что это наши герои, мы там сейчас будем стоять на коленях, и на них молиться, у каждого героя, как и у каждого поддонка, из-за которого герою пришлось стать героем, есть фамилия, имя и отчество. Напротив каждого человека, который получил Звезду героя, должна стоять фамилия негодяя, некомпетентного, из-за которого человеку пришлось стать героем. Иногда эти фамилии совпадают. Он сначала накосорезил, потом совершил героический поступок, и там пошли в какую-то сторону. Так вот, мне кажется, что сейчас, перед выборами, будет опять огромное количество вот этих вот пиар акций на героев, на военных, на воспоминаниях там о том, о сем, о десятом. Одни будут говорить, как они все это любят. Другие, как всё все разворовали. Я скажу, это общество в День журналистики, возвращаюсь опять к этому празднику, да, там красной нитью, запуталось, где и от кого брать информацию. Ну, вот такую. Потому что журналистов, практически, нет. Есть пиарщики. Есть люди, которые занимаются пропагандой, да, там, в пользу тех или иных олигархов, их интересов и денег. У нас, практически, отсутствуют журналистские коллективы, которые бы жили совсем уже на свои деньги, да, там, за счет рейтинга. А те, которые пытаются выскочить за счет рейтинга. Вот телевизор. Мне ли тебе рассказывать, да? Только ты голову поднял, появился на радаре, и посмотрели, что ты не договороспособен с точки зрения каких-то экономических интересов определенных лиц, тебе лицензия минус, это минус, частоту не дали, прислали там 20 проверок от этой Рады, которая, я не понимаю вообще, кто в ней что делает. Я не понимаю. Раньше не понимал, в советское время, кто преподает на факультете журналистики, потому что журналисту всегда бы хотелось работать в поле, да, быть журналистом. А преподавать, это можно приехать на какой-нибудь, как Парфенов, да, там, приезжал в МГУ на факультатив, и рассказывал, как делать вот эти мини кино на какие-то темы, как у него было «Намедни» или «Афганская война». Такая же точно ситуация здесь и сейчас. Я повторюсь, в День журналистики мы должны выпить не чокаясь за профессию, и просто призвать людей, которые считают себя представителями профессии, чтоб они возродили ее, чтобы появилась пятая власть, а не пятая колонна. Потому что и там, и там цифра 5. Но пока это очень похоже не на власть.

- Насчет парламентских выборов и перспектив. Что, как Алексей Юрьевич оценивает вот эти все сейчас слияния, объединения, взаимные поддержки? Кличко – Саакашвили. Вакарчук – Садовой. Много можно без остановки вот сейчас. Притом, что это сегодня обсуждается, а завтра может быть совсем по-другому, потому что каждый день эти расклады меняются.

- Именно по этой причине я вообще пытаюсь за этой ерундой не следить. Вот, когда формируются, понятно, там списки, десятки, пятерки. Когда появятся какие-то понятные люди, без разницы, какую они будут представлять там, в Житомире это может быть, не знаю, там Герой Герасименко, а в Херсонской области там Сергей Иванович Максименко, например. За кого они будут идти - за зеленых, за бордовых, за БПП, за ВЗЗ, за регионы, за кого угодно, за националистов. Я буду поддерживать тех людей, которых я знаю лично, которым я доверяю, с которых я смогу спросить, и которым я могу предъявить публично и в телефонном разговоре. Если надо, сесть в машину, проехать любое количество километров, и задать вопрос – почему ты обещал одно, а сделал другое? У меня такая же точно система взаимоотношений была с Виталием Кличко. Мы нормально общались, мы не были там прямо друзьями не разлей вода. Но у нас было комфортное общение в 12-м году, когда были парламентские выборы после Евро – 2012. Тот знаменитый год, когда Андрей Шевченко одновременно закончил и с футболом, и с политикой, вот так на один щелчок. И зря он после игры со Швецией куда-то полез играть с Наталией Королевской и Остапом Ступкой. Так вот, я просто говорю, что тогда я поддержал, но Виталий обещал, что он пойдет в парламент, что он пойдет силой кулаков там разблокировать мощью трибуну. Что они за персональное голосование. Я считаю, это самая главная вещь, которая должна быть в парламенте, не может там быть голосования не за себя. В Киевской городской администрации спокойно есть система, при которой там без отпечатков пальцев ничего не будет. Раз этой системы нет в Раде, значит, это по-прежнему кому-то выгодно. Я, например, уверен, что народным депутатом может быть даже Гаврилюк, я вот честно говорю. Когда говорят, что нужны новые лица в политике, я решил – новее лиц, чем Таня Черновол и Миша Гаврилюк, представить себе невозможно. Может, нам нужны не новые, а другие. И тут, как бы, все-таки уровень компетенции важен. Так вот, народный депутат это некий офис. Вот, человек и вокруг него 32 помощника, 27 общественников, 2 на госслужбе, 4 на зарплате или наоборот. Ну, на уровне 30 человек.

- Плюс – минус, да.

- Так вот, занимаясь каким-то вопросом, любым, народный депутат озадачивает вот эту группу людей изучить вопрос, подготовить его юристов, этого, этого. Собрать все, получить определенное за или против своей экспертной среды, которой ты доверяешь, ты же ее сам и набрал. И после этого зайти в зал и нажать кнопку «за» или «против» не потому, что тебе дали деньги, а потому, что ты считаешь, что так важно, нужно и правильно. Потому что именно такие полномочия и права тебе делегировали люди, которые проголосовали за тебя, видя там, на самом деле, себя. Других вариантов народного депутата нет. Там не нужны четыреста та сколько сейчас тридцать без Крыма и этого, 400 юристов там не нужны, 400 конституционников не нужны. Конституционной реформой должны заниматься, по задачам тех же народных депутатов, юристы. Им совсем не обязательно приходить в зал и нажимать кнопку.

- И при парламенте есть научно – экспертное управление.

- Там должны быть совестные, ответственные люди. Кто такие в Америке были мэр города и шериф, два самых уважаемых в городе человека. Не лучше всех стреляют, не быстрее всех бегают, не больше всех бухают, не самый дорогой дом. А люди, которым доверяют. Почему в Америке оружие вопрос №2 был вообще их демократии? Не потому, что ты должен себя защитить, не потому, что стрельбой вверх ты вызовешь полицию. Потому что ты можешь прийти к шерифу или к мэру и сказать – слышь, ты, ты обещал, но слишком долго ты чего-то не делаешь. Либо ты объясняешь, что нас затормозило, либо мы тебя сейчас пристрелим, потому что у нас есть то же самое, что и у тебя. У тебя два в кобуре, и у меня два в кобуре. Почему сейчас отчаянно пытаются от этой истории отказаться и отойти, потому что гражданин США может быть вооружен точно так же, как полицейский. Как армеец не может быть, но армия не может использоваться внутри страны, только на наружу. Поэтому там есть вот эти милиция, нацгвардия, да, там, и полицейские силы. И все понимают прекрасно, что ты в Техасе сильно не наврешься, потому что в Техасе бабушка придет, и в 70 лет у нее первый выстрел револьвера 0,7 и это очень быстро. Быстрее только Джеви Микулик стреляет. Поэтому вопрос, мне кажется, очень простой. Мы сговорились с Виталиком, что сделать вот это, вот это, вот это. Он в итоге вышел на Майдан, сказал, что он уходит в мэры. Как-то сконтактировал, законтачился с Петром Алексеевичем, попросил за него голосовать. Вот весь этот набор. Я понял, что мне обещал одно человек в 12-м году, не сделал. У меня нет никаких возможностей, я ему только мог сказать публично и лично, как я сильно не доволен. Поэтому сейчас, когда начнется серьезная фаза и стадия парламентских выборов, я определюсь, за кого я буду, и искренне поддержу разных людей. Я не буду поддерживать политические силы. Если Смешко пойдет, мой голос Игорю Петровичу будет 100%. Я же не знаю, кто с ним придет. Может, лавка древностей. Может, какая-то такая молодежь, что лучше бы лавка древностей.

- А это важно. А это важно сегодня, вот. Избирателям же, я уверен, необходимо это понимать, потому что у нас партии все, в подавляющем своем большинстве, лидерского типа. Партия Тимошенко, партия Порошенко, партия Ляшко. И людям как определяться в такой ситуации? Ну, если, предположим, человек симпатизирует Тимошенко, не знает, кто там в команде, но он говорит – я доверяю Юлии Владимировне. Поэтому не важно, кто в списке, кто идет по округам. Вот, я буду голосовать за нее, персонально она вызывает у меня доверие.

- Я уверен, что в этой стране, с одной стороны, не поймите меня превратно, да, сложно будет найти человека, который все еще симпатизирует Тимошенко. Я вообще был бы рад, если бы вот это все, что уже было, куда-нибудь делось.

- Я, во-первых, думаю, что таких людей много.

- Вот смотри, я голосовал на этих выборах в первом туре президентских выборов за Тимошенко не потому, что я симпатизирую Юлии Владимировне. Потому что я математически подошел к вопросу. Те, кто за власть, которых все устраивает, они будут за Порошенко. Те, кто против власти, они должны быть за лидера оппозиции с наивысшим рейтингом. Я считал, что этот рейтинг наивысший у Тимошенко, и я не ошибся. А те, кто против всех, с 2005-го года этой графы нет, те будут за Зеленского. А те, кто против всех, исключая Зеленского, будут за Смешко. Собственно, там как-то встрял Гриценко. Хотя я уверен, если бы Гриценко снял свою кандидатуру не в чью-то пользу, а просто снял, сказал – я готов работать на любой не назначенной должности, я не пойду в президенты. Если б эти проценты даже там поделили между Смешко и Тимошенко, не важно, кому бы они ушли, и второй тур бы был Зеленский и Тимошенко, не факт, что Владимир Александрович победил бы Юлию Владимировну. Потому что Петр Алексеевич, все-таки, слишком нахрапом это все пытался брать. А здесь как произошло, так произошло. Но я повторюсь, я, например, избиратель Тимошенко, хотя мне ближе было общение, позиция Смешко. Но я понимал, что отдать Смешко голос, это пропустить Петра Алексеевича во второй тур. Вот, мои расклады очень простые. И я сейчас буду заниматься такой же точно математикой, и никто меня не свернет с этой дороги. Потому что я считаю, что единственное, где человек не имеет права зарабатывать деньги, это на выборах. Не может кто-то ездить, музыканты, публичные люди, кто угодно. Если мне предложат за кого угодно любую сумму, но я не вижу человека, за которого предлагают, там, куда его предлагают, я не возьму деньги. Если я вижу там этого человека, я не возьму деньги, но я буду за него, если надо, публично. Потому что я хочу такой ситуации в стране, при которой я могу себе 5 лет зарабатывать не на политике, а раз в 5 лет я могу прийти, отдать свой голос не потому, что мне это как-то решит проблему новой микроволновки или замены шин на автомобиле. А потому, что я хочу жить в нормальной стране, где люди слышат друг друга, понимают друг друга. Где политики это не небожители, но не каждый суслик – агроном. Слушай, у нас народ, который оценивает какие-то глобальные вещи, элементарных книг не читал. Ни Аристотеля, да, политики, ни Киссинджера, ни Бжезинского, ничего. Но при этом у всех есть свое мнение, его надо слушать, потому что чем больше слонов, на которых лаяла Моська, тем больше шансов, что Моськи вокруг обратят на свою Моську внимание и сделают ее лидером какого-нибудь общественного движения.

- Есть понимание, кто в следующем парламенте сформирует большинство, кто займет ключевые должности в результате формирования коалиции? Премьер – министр, Кабинет министров, Председатель парламента.

- Я не эксперт. Я просто водитель маршрутки, в которой ты едешь. Вот мы едем все, болтаем.

- Но как интересно иногда узнать мнение водителя маршрутки в отношении тех или иных политических событий.

- Как плохо, что все люди, которые умеют управлять страной, первого сентября либо в школу идут, либо садятся за руль маршрутного такси. Я не эксперт, я не знаю, какие там будут расклады. Я могу себе представить, мне кажется, что вот в момент, как только Владимир Александрович Зеленский получил 73% голосов, его рейтинг, конечно, начал сразу падать. Потому что люди же это не уровень доверия, это уровень ожидания. Спросите у ребят из патрульной полиции, там серьезнейшие офицеры туда пришли, Женя Жуков, маршал, да, Саша Фацевич, Вадик Зеленский, там, я не знаю, мощнейшие пацаны пришли. И так все верили в эту полицию. Но это был уровень ожидания, а не уровень доверия. И, конечно, потом постепенно он начал опускаться.

- Спросите у Петра Алексеевича, который победил, на секундочку, в первом туре президентских выборов, в первом туре, это даже не 73% во втором, а потом чем это все закончилось. Ожидания, ожидания. Абсолютно верно.

- Победило желание закончить войну, потому что в мае месяце это всем немножко надоело. Совершенно верно. Вот получается, когда он очень правильно говорил, что уровень доверия, вот этот крестик, который стоит «за», это узнаваемость, умноженная на репутацию. И вот, в ситуации с Владимиром Зеленским, да, у него узнаваемость вообще 100%. У Владимира Зеленского, лидера 95-го квартала, который там из каждого утюга и каждой микроволновки. И репутация Василия Голобородько. Вот, я очень надеюсь, что он максимально эти вещи как-то там где-то вверху соединит. И, на сегодняшний день, ни у одной из партий нет хорошей узнаваемости с безупречной репутацией, да. Возможно, люди опять, как и в случае с Зеленским, доверятся. Молчание – золото. Слушай, Порошенко, кстати, все время бесился по поводу, что Зеленский от него бегает там между первым и вторым туром, перед первым. Но ведь он Президентом стал в 14-м году точно так же. Мерзли на Майдане Кличко, Яценюк, Пашинский, Турчинов, Тягнибок, Аваков. Петр Алексеевич там где-то появился несколько раз. Может быть, где-то еще был, мы просто не пересекались.

- Но в нужное время. Несколько раз, но в нужное время.

- Я всегда с собой беру видеокамеру, как делала когда-то Юлия Мостовая, которая профессиональный журналист. Вот, я ее, кстати, очень поздравляю. Ее даже близость с одним из кандидатов в Президенты не переделала из журналиста в пиарщика.

- Да, Юлия Мостовая.

- Которую я очень уважаю. Хотя ряд вещей, к сожалению, когда ее читаешь, вот, все-таки видно, что она еще немножечко Юлия Гриценко. Вот как закрыть дверь и понять, что из дому вышла Юлия Гриценко, а на работу приехала Юлия Мостовая. И никуда ты от этого не денешься.

- Очень много вопросов от телезрителей во время эфира в Фейсбук, в Ютуб трансляции оставляют наши телевизионные зрители.

- Всем привет, и тем, кто обычно матюкается в Ютубе.

- Привет нашей Ютуб – ленте большой. И в Фейсбук в личные сообщения тоже получил вопросы. Сейчас буду задавать в формате блица, по возможности, Алексей Юрьевич, да. Первый вопрос, Дмитрий, Запорожье: Сколько у Вас автомобилей? Какая машина Вам нравится больше всех? Какой Ваш скоростной рекорд? Сразу 3 вопроса.

- В 2002-м году на Макларене SLR я проехал в Германии по 99-му автобану со скоростью 334 км / час, это 97 м / сек. Кажется, что стоишь на месте, только едешь очень быстро. Но так пикало, пикало. У меня несколько автомобилей.

- А это спорткар какой-то? 330 км/час, ну, ничего себе.

- 334 км/час.

- Я прошу прощения.

- Кстати, я тебе скажу, есть Феррари 360, у которой максимальная скорость 390 км/час. Это значит, что от идущего на полной скорости Макларена Феррари уезжает со скоростью 1 км/мин. Ну, это вот тот космос, который мы даже не понимаем, что это такое. У меня несколько автомобилей, все они старые. Я сейчас приехал сюда на Линкольне 92-го года, американском. Прекрасная машина, мне все нравится. Она у меня была за Углегорском, между Углегорском и Енакиево. Рама, блокировка, подвеска Хэви Дьюти Бильштайн. Я очень хорошо разбираюсь в автомобилях. По-прежнему считают, что я, наверное, лучший в этой стране. Не самый разговорчивый, самый разговорчивый я знаю, но там не так все просто, когда копнешь глубоко. У меня с машинами все просто. Это как говорят, что сапожник без сапог, здесь еще слово – хреновый. Хреновый сапожник без сапог. Если сапожник не носит деланные им же сапоги, не надо приходить даже ремонтировать подошву к такому сапожнику. Так как у меня Порше, Хонда, Ситроен, все необычное и все интересное. Но все мои любимые машины выпущены до 2005-го года.

- Принимается. Марина, Ужгород: Чи спілкуєтеся Ви з Рубаном та Савченко?

- Нет, с Рубаном у нас была как бы история знакомства на программе Шустера, и потом очень такая серьезная история непростая по освобождению Рахмана. После этого мы несколько раз общались. Но вот с момента, когда, мы как раз виделись втроем – Савченко, Рубан и я, когда Офицерский корпус мне давал значок такой, как бы медальку, за спасенную жизнь, за возвращение пленного, чему я очень благодарен. Я пообщался тогда с Надеждой, с Верой, с ее сестрой. Понял, что это ураган эмоций, как непросто всем будет и с Надей, и с Верой, в том числе. Я думаю, все уже с этим столкнулись. И как-то Володя пропал. Я ему искренне благодарен по сегодняшний день за то, что у нас было по поводу Рахмана. Андрей должен быть ему в первую очередь благодарен, потому что без него ничего бы не случилось. Но потом не общались, в СИЗО не ходил. После возвращения, как бы освобождения, он звонил куда-то, я читал в Фейсбуке, уехал вроде бы в Варшаву. Но не планировал он со мной связываться. Я его искренне отблагодарил, когда на выборах мэра я проголосовал за него, как за мэра Киева, просто потому, что в тот момент я не хотел отдавать голос Кличко, а точно так же, графы «против всех» не было. Мы в расчете.

- Принимается. Надо попробовать чуть более кратко отвечать.

- Ребята, можно не так громко. Мне кажется, что кто-то прорывается в студию.

- Готовятся ведущие «Круглого стола», они ребята настойчивые.

- Ну, лучше это делать потом, потому что я нервничаю, мало ли что.

- Да, сейчас, я надеюсь, нас услышали. Я в этом не сомневаюсь.

- Вдруг – Пальчевский.

- Нет, не Пальчевский. Так, блиц, надо в формате блиц, три минуты. – Должен ли Аваков уйти в отставку после трагедии?

- Нет, не может уйти Аваков в отставку. Категорически – нет. Очень многим этого хочется. Я слышал о нем так много гадостей.

- Многим политическим оппонентам, мы имеем в виду.

- Да. Я считаю, что тот человек, который сказал, что Аваков должен уйти в отставку из-за двух мудаков, которые стреляли и убили ребенка, они же должны, если там, например, в ДТП попало такси или автобус на трассе и погибли люди, устроить точно такие же акции протеста под Мининфраструктурой с требованиями уволить Омеляна. Я не вижу, где тут разница.

- Максим, Киев: Правда ли, что лысые люди используют специальные средства для блеска лысины?

- Лысый от бритого отличается тем, что лысый хочет иметь волосы, но не может, бритый может, но не хочет. Вопрос второй – два раза блестит голова – когда она чистая, только выбритая, и когда она грязная. Я перед эфиром бреюсь. Очень, кстати, советую, когда надо протереть очки, не пользоваться дорогими средствами, а взять гель для бритья, промыть стекла, а потом промыть теплой водой и протереть насухо. Поэтому у меня нет специального средства. Можете прийти лизнуть.

- Так. Катя, Одесса: За кого будете голосовать на парламентских выборах? Есть уже фавориты?

- Я буду голосовать за тех, кому я доверяю. Партии – не решал, не выбирал. И, скорей всего, особо туда не буду пока погружаться. Когда будут окончательные списки утвержденные, можно будет смотреть, задавать вопросы. Мне, в отличие от большинства избирателей, у меня есть позитивный момент – я могу позвонить Игорю Смешко и задать вопрос конкретно ему по телефону и он мне ответит или напишет ответ, почему так или иначе. Если я приму эти аргументы, объяснения, я пойду дальше. Если нет, я пойду дальше, но не рядом с ним.

- Хорошо, так – Какими еще экстремальными видами спорта занимаетесь, кроме автогонок? – Евгений, Днепр.

- Экстремальными видами спорта вы занимаетесь, а не я автогонками, когда набухаетесь и пытаетесь ехать в Борисполь по встречной. Я считаю, что автоспорт это не спорт – самоубийца, это спорт высоких технологий. Люди в комбинезонах всегда относились немножко с улыбкой, глядя на людей в трусах. Потому что спорт в трусах предполагает наличие характера и физических сил. Спорт в комбинезонах предполагает наличие технологии, инженерии и мозгов. Поэтому я категорически отказываюсь воспринимать езду как экстремальный вид. У меня 38 прыжков с парашютом на воду, и всего 11 на сушу в тандеме. Поэтому я думаю, что вот парашют это здорово.

- Принимается ответ. Александр, Черкассы: Хотели бы Вы стать Президентом?

- Нет, не хотел бы.

- Арсений, Сумы: Чего бы никогда вы не сделали в жизни?

- Я никогда в жизни не предавал, и не предам.

- Роман, Миргород: Як потрібно карати кнопкодавів у Верховній Раді?

- Ну, отрубание рук у нас не пройдет, потому что у нас немножко такая как бы западная традиция. Но я считаю, что депутат, кнопкодавство которого, любое, зафиксировано на видео камеру, должен немедленно отзываться, лишаться мандата. И в Раду должен заходить следующий, кто был в списке, если это партия, либо кто был на округе, если это мажоритарка.

- Надеемся, механизм отзыва будет утвержден в следующем созыве.

- Поменяются 4 состава парламента, пятый начнет думать – даже если у тебя туда завалились 100 долларов, за соседский стол, значит, ты просто потерял 100 долларов. Считай, что они упали с балкона в Ниагарский водопад.

- Последний вопрос. Галина, Черновцы: Если бы у Вас была возможность за полчаса научиться чему угодно, что бы это было?

- Всегда знал, что Черновцы умеют задать серьезный вопрос. Летать на вертолете.

- Алексей Мочанов был гостем «Часа с Мартиросяном» сегодня. До встречи.

- До свидания.

- Спасибо.

Щоб першим отримувати найважливіші новини - підпишись на НАШ Telegram і Twitter!

Автор:Дмитро Самолюк

Якщо Ви виявили помилку в тексті, виділіть її мишкою і натисніть Ctrl + Enter

Новини партнерів

Загрузка...